Вы любите мультики Аркадия Хайта? Каникулы Бонифация. " Ну, погоди"... А вот его рассказ СВАХА

ТЁТЯ МИНА - ВСЕМИРНАЯ СВАХА
Аркадий Хайт

Мина Моисеевна, или попросту тётя Миня, была соседкой по квартире моего друга, режиссёра с киностудии имени Горького. Он нас и познакомил:

- Мина Моисеевна, - сказал он, - знаете, кто это? +Это Хайт!


- Так что, - спросила она, - мне встать по стойке "смирно" или пойти помыть шею?


- Не надо, - сказал я. - Можете ходить с грязной.


- О, какой язвительный молодой человек! Жалко, я не знала, что у меня будет такой важный гость. Купила бы чего-нибудь особенного к чаю. Вы, кстати, чай будете без какого варенья: без вишнёвого или без клубничного?


- Если можно, то без малинового.


- Пожалуйста! У меня всё есть.




Насчёт варенья она, конечно, хохмила. Нашлось у неё и варенье, и печенье, и конфеты - как это водится в приличном еврейском доме. Вот иногда видишь человека всего пять минут, а такое ощущение, что знаешь его всю жизнь. Точно такое же чувство возникло у меня после встречи с Миной Моисеевной.


Когда я вижу сегодня на сцене Клару Новикову с её тётей Соней, для которой пишут лучшие юмористы, я всегда думаю: а как же тётя Миня? Ведь ей никто не писал, она всё придумывала сама.


Помню, сидим мы с ней, беседуем. Вдруг - телефонный звонок. Кто-то ошибся номером. Громкий мужской голос, который слышу даже я, кричит:


- Куда я попал?!


- А куда Вы целились? - спрашивает тётя Миня.


Хотя в душе она была стопроцентной еврейкой, терпеть не могла разговоров, какие мы все потрясающе умные.


- Ай, не морочьте голову, вот Вам мой племянник, дофке еврей, - тупой, как одно место. Кончил в этом году школу - и что? С его знаниями он может попасть только в один институт - в институт Склифосовского!


Я иногда начинал её дразнить:


- Но мы же с вами избранный народ!


- Мы - да! Но некоторых евреев, по-моему, избирали прямым и тайным голосованием, как наш Верховный Совет.




Теперь пришла пора сказать, кем же была тётя Миня. Она была профессиональной свахой. Сегодня, в эпоху брачных объявлений и электронных связей, эта профессия кажется ушедшей. Но только не для тех, кто знал Мину Моисеевну.


- Человек должен уметь расхвалить свой товар, - говорила она. - Реклама - это большое дело. Посмотрите, когда курица несёт яйцо, как она кричит, как она кудахчет. А утка несёт тихо без единого звука+ И результат? Куриные яйца все покупают, а про утиные никто даже не слышал. Не было звуковой рекламы!


Не знаю, как она рекламировала своих женихов и невест, но клиентура у неё была обширная, телефон не умолкал с утра до вечера. Было сплошным удовольствием слушать, как она решает матримониальные дела.


- Алло! Что? Да, я вас помню, Володя. Так что Вы хотите? Чтоб она была молодая, так, красивая, и что ещё? Богатая. Я не поняла, Вам что, нужно три жены? Ах, одна! Но, чтоб она всё это имела. Ясно. Простите, а что вы имеете? Кто Вы по профессии? Учитель зоологии? Хорошо, звоните, будем искать+


- Алло! Кто говорит? Роза Григорьевна? От кого Вы? От Буцхеса. Очень приятно. А что Вы хотите? Жениха? Для кого, для дочки? Нет? А для кого, для внучки? Ах, для себя! Интересно. Если не секрет, сколько Вам исполнилось? Тридцать шесть? А в каком году? + Хорошо-хорошо будем искать+ Может быть, что-то откопаем.


- Алло, это Яков Абрамович? Хорошо, что я Вас застала. Дорогой мой, мы оба прекрасно знаем, что у вас ужасная дочь, которая не даёт вам жить. Но всё равно, когда я привожу жениха, не надо ему сразу целовать руки и кричать, что он ваш спаситель. Они тут же начинают что-то подозревать!


Когда Мине Моисеевне исполнилось 75, она приняла самое важное решение в своей жизни - уехать в Израиль. Все подруги по дому дружно её отговаривали:
- Миночка, куда Вы собрались на старости лет? Жить среди незнакомых людей!


- Я вот что подумала, - сказала тётя Миня, - лучше я буду жить среди незнакомых людей, чем среди знакомых антисемитов!


И она уехала. Тихо, незаметно, никому ничего не сказав. Тогда в аэропорту "Шереметьево" фотографировали всех провожающих, и она не хотела, чтобы у нас были неприятности после её отъезда. Прошли годы, многое в мире изменилось. Советский Союз установил дипломатические отношения с Израилем - и я впервые оказался на Святой земле.
Я сразу же попросил своих друзей отыскать Мину Моисеевну, если она ещё жива, а если нет - хотя бы узнать, где она похоронена.
На следующее утро чуть свет в моём номере зазвонил телефон:


- Алло! Это великий русский писатель Шолохов-Алейхем?


- Тётя Миня! - заорал я. - Это Вы?


- Ну да! Что ты так удивился, будто тебе позвонил Ясир Арафат?


Через пару часов я уже завтракал в её квартире, точь-в-точь копии московской: те же занавески на окнах, те же фографии на стенах, такой же маленький телевизор, по которому шли всё те же наши передачи.


- Ничего не меняется, - сказала она, перехватив мой взгляд. - Всё как было. Даже профессия у меня та же.


- Как? Вы и здесь сваха?


- Почему нет? Здесь тоже надо соединять женихов и невест. Как говорится, сводить концы с концами.
Дальнейшая часть дня проводилась под аккомпанемент сплошных телефонных разговоров тёти Мини:


- Алло? Слушаю!... Да, я Вас помню. Вы хотели невесту с хорошим приданым. Там вот, можете открывать счёт в банке "Хапоалим" - я вам нашла невесту. За неё дают 50 тысяч шекелей. Что Вы хотите? Посмотреть её фото? Милый мой, за такие деньги я фото не показываю. Получите приданое, купите себе фотоаппарат и снимайте её, сколько влезет!


- Алло? Боке ртов, геверет! - и тётя Миня затараторила на иврите, как пулемёт. - Ненормальная румынская еврейка, - сказала она, положив трубку. - Денег полно - и она сходит с ума. Не хочет блондина, не хочет брюнета, подавай ей только рыжего! Откуда я знаю, почему? Может, у неё спальня красного цвета, хочет, чтоб муж был точно в цвет!.


- Алло? Ша, что Вы кричите? Кто Вас обманул? Я Вам сразу сказала, что у неё есть ребёнок. Какой позор?... В чём позор?...Ах, ребёнок родился до свадьбы! Так что? Откуда ребёнок мог знать, когда свадьба?...


А я сидел, слушал всё это и умирал от счастья и восторга! Потому что за окном был Тель-Авив, потому что рядом была тётя Миня, потому что, слава Б-гу, есть то, что в нашей жизни не меняется.


Не знаю, может это звучит немного высокопарно, но для меня тётя Миня олицетворяет весь наш народ: тот же юмор, та же деловая жилка, скептическое отношение ко всему и удивительная жизненная сила. Всё, что позволило нам выжить в этом кошмарном мире!


Порой мне кажется, что брось тётю Миню в тундру, в тайгу - и уже через пару дней она будет ходить по чумам, сватать чукчей и эскимосов:


- У меня для Вас потрясающая невеста! Она даже не очень похожа на чукчу, скорее на японочку. Какое приданое?... Какие олени?...Нет, он сошёл с ума! Я ему предлагаю красотку, а он хочет оленей. Да Вы только женитесь - и у вас рога будут больше, чем у оленя!


Сегодня тёти Мини уже нет на земле. По нашему обычаю, умершим нельзя приносить цветы, но никто не сказал, что им нельзя дарить рассказы. Я написал его в память Мины Моисеевны и жалею только о том, что она его не услышит. Иначе она бы непременно сказала:


- Между прочим, про меня мог бы сочинить и получше! К тому же ты забыл вставить мою главную фразу о том, что надо уметь радоваться жизни. Обязательно напиши: "Пока жизнью недоволен - она и проходит!" Так всегда говорила я, простая еврейка, которая соединяла людей по парам.

Продолжение темы. Уж очень много вранья пришлось прочитать сегодня.

Информационный центр изучения терроризма при Центре специальных исследований опубликовал предварительный отчет о проведении операции ЦАХАЛа по предотвращению прорыва блокады сектора Газы с моря.

В ночь на 30 мая силы ВМФ Израиля взяли под контроль суда так называемой "флотилии свободы". Задержание пяти судов прошли без инцидентов. На шестом судне, круизном корабле Mavi Marmara (он не перевозил никакого груза, на его борту было до 700 человек "активистов") солдат, которых по одному спускали на палубу с вертолета, встретили с применением жестокого насилия.

Солдат, которые имели только пейнтбольные ружья и пистолеты, избивали железными прутьями (одному проломили череп) и ножами (один солдат госпитализирован с тяжелой травмой внутренних органов брюшной полости).

Каждого спускавшегося на палубу окружали группы по четыре – пять человек и избивали их, некоторых сбрасывали на нижние палубы где продолжалось избиение. У двух солдат были вытащены пистолеты, из которых вели огонь по военнослужащим.


После примерно 40 минут настойчивых попыток линчевания солдат ЦАХАЛа им было дано разрешение на открытие огня. Во время захвата Mavi Marmara погибли 9 пассажиров судна, 7 солдат были ранены (двое – тяжело), 40 пассажиров судна получили ранения.

Как сообщают источники агентства Debka, допросы арестованных показали, что на Mavi Marmara действовала сплоченная группа активистов мирового джихада, связями с которым известна турецкая исламистская организация IHH, которая и снарядила корабль.

Группа нападавших состояла из 100 террористов, между которыми существовали иерархические отношения командования и подчинения.

Группа была разбита на оперативные ячейки, за которыми были закреплены различные участки корабля. На корабле поводились военные учения до и во время плавания.


У каждого бойца был свой собственный набор оружия, в том числе цепь, или стальной лом, или нож, а также респиратор.

Хотя члены группы принадлежат к террористическим организациям различных стран, всех проинструктировали говорить, что они члены "благотворительной" турецкой организации IHH, (тесно связанной с "Аль-Каидой на Балканах").



Все 100 членов этой военизированной группировки не имели удостоверений личности, что ставит вопрос, кто разрешил им в Турции подняться на борт корабля. Но у каждого был конверт, содержащий тысячи долларов.


В первые несколько часов следствия ни один из этой группы не был готов говорить со следователями, но к утру вторника некоторые из них стали давать показания.

Израильские спецслужбы всю ночь были в контакте с западными коллегами, чтобы идентифицировать как можно быстрее этих 100 террористов.

Вот так "миротворцы" готовились, после того, как их предупредили, что судно будет проверено

На тему дня. Мнение эксперта.

Михаил Войтенко: Флотилия мира или Флотилия провокации?

“Главная новость дня – задержание израильскими военными “Флотилии

мира”, с грузом как заявлено, гуманитарной помощи следовавшей в

сектор Газы, объявленного Израилем закрытой, запретной без особого

на то разрешения зоной. Флагман флотилии, круизный теплоход Mavi Marmara (дедвейт 525 тонн,

постройки 1994, флаг Коморры, оператор Turkiye Denizcilik Isletmeleri Denizyollari Isletmesi Mudurlugu),

был взят, можно сказать, штурмом, при этом погибло несколько человек, точное количество

остается неизвестным. Прогрессивное человечество негодует и призывает израильскую военщину

к ответу. Обычное давно знакомое дело – будь жив СССР, уже к вечеру трудящиеся массы согнали

бы на митинги протеста, где они, привычно позевывая, спрашивали бы друг у друга, в чем дело и

против чего протестуем.

Знаете, от всей этой истории, от самого претенциозного названия “Флотилия мира”, за тысячи

морских миль и еще большие тысяч обычных сухопутных километров, разит трудолюбиво

сколоченной провокацией.

Было объявлено, что флотилия имеет на борту груз 10000 тонн, исключительно гуманитарный.

Посмотрите на фотографию флагмана Mavi Marmara, и скажите, где вы видите грузовые трюма.

Их там нет. Зато там есть 750 человек активистов, которые проедят и пропьют больше, чем

стоит перевезти эти 10000 тонн. 6 судов – а на 10000 тонн вполне хватит одного, далеко не

большегрузного, обычного грузовичка, который обойдется куда дешевле, чем один Mavi Marmara.

Вопрос – зачем надо фрахтовать дорогой круизный теплоход и сажать на него 750 дармоедов,

фрахтуя для грузов отдельно 5 судов, непонятно каких и почему 5, когда хватит одного?

Вот предположим, я задался целью доставить в сектор Газы 10000 тонн грузов, и никаких других

скрытых целей у меня при этом нет, и как полагается, отправитель грузов хочет, чтобы

перевозка была подешевле. Что я сделаю? Я отфрахтую нормальный недорогой пароход и попутно

буду выяснять, что там в секторе творится, сможет ли мой пароход нормально до него добраться.

Мне объяснят, что нет, не сможет. А груз, спрошу я? Он – сможет? Мне скажут, что да сможет, но

при условии, что я доставлю его в израильский порт, и он пройдет там проверку, потому что

сектор Газы контролируется некоей организацией ХАМАС, которую большинство стран мира

считает террористической организацией. Мне скажут также, что такие и такие грузы я могу не

грузить, не утруждаться, они внесены в список запрещенных. Ладно, соглашаюсь я, запрещенных не

будет. А смогу ли я проконтролировать судьбу своего груза от вашего порта до сектора,

убедиться, что его не растащат или не остановят в порту? Мне говорят – нет проблем, вези с

собой наблюдателей, журналистов, кого хочешь, лишь бы они были мирными невооруженными

людьми. Я беру этот самый пароход, сажаю на него десяток – другой журналистов и борцов за

права, и спокойно себе еду. Грузы давно бы уже были в секторе.

Но предположим, моя задача другая – сделать так, чтобы грузы непременно остановили, чтобы при

этом кто-то пострадал и чтобы шуму и визгов было на весь мир. Мне сказали – деньги можешь не

считать, всякие гуманитарные грузы и прочая лабуда, это прикрытие, главная задача – показать

всему миру бесчеловечное лицо Израиля. Предположим, я соблазнился хорошими деньгами и пошел на

это дело. Я снимаю дорогой пароход, на котором никаких грузов не может быть в принципе. Я сажаю

на этот пароход аж 750 человек непонятно кого, но все – горластые, а кое-кто и вооружен. Для

грузов, в числе которых намеренно есть и запрещенные, чтобы уж точно не прошло, я снимаю сразу

5 пароходов, потому что мне надо организовать не перевозку, а Флотилию мира. Собираю эту свою

флотилию, долго и нудно шарахаюсь по Средиземноморью, раздувая необходимый ажиотаж.

Наконец, убедившись, что весь мир знает о флотилии, что всем уже стало интересно, я гоню

эскадру в запретные воды, молясь о том, чтобы израильские власти в последнюю минуту не

отступились, и пошли на перехват.

Не подвели родные, перехватили. Поднялись на палубы моего флагмана, где их встретили все 750

моих глоток, и не только глоток. Я выполнил свою задачу – шум на весь мир, прогрессивное

человечество профессионально негодует, Европа зовет Израиль к ответу. Кому интересны грузы и

что с ними будет, я понятия не имею и иметь не хочу, не за то мне было плачено.

Вот, на мой взгляд, и вся история с Флотилией мира, которую я бы назвал Флотилией провокации.

Машенька

Что можно сделать с помощью простеньких программ? А посмотрите сами.

Меня  подружка завалила фотографиями выходных дней.
Я нашла простенький спасоб их просматривать и  решила продемонстрировать , что из этого получается...

С Днём Рождения, наш любимый сын, наш старшенький.

Наши пожелания прослушай

Такая вот история...

Мы снова встретились с однокурсниками.
С теми, с которыми учились вместе  более 50 лет назад(!!!!!!!)
В этом  году для меня  это  была вторая встреча.  Правда, на основную встречу, где собралось несколько наших однокурсников, я не смогла пойти. Но  мы можем  в любой день это организовать, было бы желание. А вот есть ли желание? Боюсь, что есть  страх. Хочется всех запомнить такими, какими они остались в памяти.
Чтоб не получилось как в этом эпизоде, который я привожу ниже:


Знакомо ли вам это неприятное чувство, когда, глядя на своих ровесников, вы думаете: "Неужели и я так старо выгляжу? Не может быть!"
Если да, тогда эта история для вас.

Сидя в очереди на прием к новому стоматологу, я обратила внимание на его диплом, висящий на стене в приемной. Внезапно вспомнила, красивый высокий мальчик с такими же именем и фамилией учился со мной в одном классе где-то 30 лет назад.
Но как только я зашла в кабинет, я тут же отбросила мысль об этом - этот лысеющий седой мужчина с морщинистым лицом был слишком стар, чтобы быть моим одноклассником. Тем не менее, после того, как он провел осмотр, я спросила его, какую школу он закончил. Он назвал номер моей школы!
- В каком году? - спросила я.
- В 1978-ом. А почему Вы спрашиваете?
- Вы были в моем классе! - воскликнула я.
Он пристально посмотрел на меня и спросил:
-Да? А что Вы преподавали?

Вот так и живём

Мы торопимся жить. Мы спешим.
Дом, проблемы, работа, семья.
Детям - все. Жизнь свою дарим им.
Забываем, что есть наше "я".
И друзья, и родные - потом.
Не звоним. Не до встреч. Не до них.
Для детей дышим, пашем, живем
И болеем за чад дорогих.
Подрастают. Стремимся помочь
От невзгод уберечь и спасти.
Молим Бога и день, мы, и ночь,
Чтоб хранил, наставлял их в пути.
Вот и выросли. Радость в душе.
Покидают родительский дом.
Груз забот. Не до нас им уже.
И напрасно мы весточку ждем.
Силы есть - помогать мы должны.
Отдаем, без остатка, себя.
Жизнь прошла - никому не нужны.
Очень грустная штука - судьба.
Замкнут круг. Все сначала, опять,
Нашим детям придется прожить.
Никому не дано разорвать
Эту крепкую, вечную нить॥

Автор стихов-моя землячка-бельчанка Светлана Грабовская

Устами младенца...

Едем в такси я, сестра и малой. Сестра просит у меня
гигиеническую помаду. Начинаю рыться в сумочке, периодично
предлагая что-нибудь по пути: расчёску, тушь, зубочистки, йодный
карандаш, счета за телефон и квартиру, крем, духи, заколки...
Малой наклоняется к своей тётке и негромко говорит:
Ещё пять минут и она там нефть найдёт.

В магазине сегодня давали сдачу и пятёрка упала. Говорю малому:
Зайчик, подними, пожалуйста.
Тут мужчина рядом поднимает и отдаёт мне со словами:
Я, конечно, не зайчик...
Малой, так, возмущённо:
Зачем тогда поднимал?

У моей знакомой есть сын. Его отец работает на локаторе в
аэропорту. Мальчик спрашивает у мамы:
Что папа там делает?
Даёт наводку лётчикам, что-бы они могли самолёт правильно посадить.
Сын очень удивлён:
А что, они без водки сесть не могут?

Сидим на работе. Звонит 5-летняя дочка сослуживицы, просит
позвать маму к телефону. Ей отвечают:
А мамы нет, она в банке.
Продолжительное молчание, после этого следует вопрос:
А как она туда залезла?


Сижу я как-то на лавке и наслаждаюсь тёплой, летней погодой. У
подъезда стоит новенькая иномарка. К ней подбегает девочка (лет
восьми) и плашмя прыгает на капот. Срабатывает громкая
сигнализация. Услышав её звук, из окна восьмого этажа вылезает
мужская физиономия. После чего девочка кричит:
Пап, можно я ещё погуляю?

Малой приболел. Сидим, списком разрабатываем план борьбы с
вирусом интерферон, отвары, клюква, ингалятор, лизобакт и одно
из пяти лекарств, что врач прописала. Я, задумчиво так:
Может, тебе горчицы в носки?
Серёжка:
Ага, сейчас! Ты мне ещё соли в трусы насыпь!

Знакомый рассказал. Есть у него сын, 4 года. Сейчас учат буквы,
история об этом. Проходили букву "В":
Какие слова на эту букву ты знаешь?
Не знаю я таких слов!
Ну, подумай. Чем мы пол подметаем?
Подметалкой!
А если хорошо подумать?
Щёткой! (И не поспорить!)
Хорошо, а мусор куда кладём?
В пакет!
А потом?
На мусорку.
А сестру твою как зовут? (Вероника)
Ника!
А дедушку? (Имеется в виду дед Вова)
Женя! (Другой дед)
А второго?
Хм... Не Женя!
Дальше они не выдержали.

Алиса любознательно:
Мам! А куда тампоны вставляют?
Мама, подавившись яблоком:
Ну... как тебе сказать... В общем, туда, откуда берутся дети.
Алиса, обалдев:
В аиста, что ли?

Вспомнила историю из детства своей подруги: Её старший брат
смотрел футбол, а она (маленький скорпиончик), к нему пристаёт:
Серёж, можно я тебя стукну?
Он, что бы отстала поскорей:
Ну, стукни!
Стукнула. Ей, видимо, показалось мало. Взяла детский утюжок (те,
что при совдепии делали, металлические, ими гвозди забивать можно).
А утюжком можно?
Нет, утюжком нельзя!
Походила возле него кругами...
А сумочкой?
Сумочкой можно...
Стукнула... Как вы думаете, что было в сумочке?! Правильно
утюжок!

Стоим в пробке, я за рулем, младший брат рядом сидит. Загорелся
зелёный. Я о чём-то задумалась. Брат:
Зеленее не будет.

Утром спускаю ноги с кровати и наступаю на что-то мягкое.
Ой, кто здесь?
Маша:
Это я, белочка. ГАВ!
Разве белочки гавкают?
Да, когда злые и голодные...

Моя дочь меня спрашивает:
Мама, а во сколько часов я родилась?
В двенадцать ночи.
А она мне испуганно:
Ой, я тебя, наверное, разбудила?!