четверг, 14 октября 2010 г.

Давным-давно...


В верхнем ряду стоят:вторая справа Роза Аксенфельд-мамина двоюродная сестра(о ней чуть ниже напишу).
Крайний слева стоит Давид Аксенфельд-мамин двоюродный брат.Он очень помог маме , когда она приехала сюда. Он жил в Пардес Хане(здесь и похоронен).
Именно по его инициативе мама осталась в Пардес Хане. Ну, а потом и мы сюда приехали.





Posted by Picasa







Решила навести порядок в записях номеров телефонов.
Скоро 20 лет (со дня приезда) некоторым записям. Некоторые из них разбросаны по 4 толстым тетрадям.
Есть тетради, в которых кроме номеров телефонов я писала всё, что угодно.
Однажды, лет 10 тому назад, моя внучка Маша полистала такую тетрадь(назову её условно номер 2) и красными чернилами написала свой вывод: бред сивой кобылы.
Вот я и разбирала этот бред.
На одной из страниц я обнаружила совершенно неожиданное для себя.
...Однажды моя мама что-то мучительно пыталась вспомнить.
Я спросила маму, не могу ли я помочь.
Она мне ответила, что она должна сама это вспомнить, потому что кроме неё уже никого не осталось, кто бы напомнил ей.
По своей инженерной привычке я начала записывать то, что она мне говорила.
У нас ничего не получалось.
Я предложила маме составить схему.
Дело в том, что мама пыталась восстановить свою родословную.
Я ещё раз повторяю, это было более 10 лет назад, задолго до того, как моя Машенька завела в ИНТЕРНЕТЕ наше СЕМЕЙНОЕ ДЕРЕВО .


А сегодня, когда я нашла эту старую схему(она в начале этого сообщения), я вспомнила, что сегодня же в Интернете нашла подтверждение тому, что несмотря на преклонный возраст моей мамы, у неё был светлый ум и прекрасная память. Я просто нашла воспоминания незнакомого человека о некоторых членах маминой семьи, кое-что о семье Аксенфельд.


Вот этот текст:

Семья Аксенфельд
Глава семьи Янкалэ был одним из основателей колонии Думбравены в начале ХIX века. Все дети были богатыми людьми: владели большими наделами земли, садами.Авраам (Аврэймл). Как и остальные братья, был статный, высокого роста, с лицом, обрамлённым красивой белой бородой. Владел многими наделами земли, бакалейным магазином. Знал иврит. Самостоятельно изучил русский и немецкий языки. В его дворе был большой колодец. Во время летних каникул я набирал в нём по 15-20 вёдер воды ежедневно. Дал всем пятерым своим детям среднее образование, затем отправил их в Эрец-Исраэль. Был религиозным сионистом, сторонником раввина Штеренберга, «габаем» в большой синагоге Думбравен.
Мойше-Мордхэ - брат Авраама. Запомнился мне как хозяин хорошего сада на краю села. Мальчики мечтали попасть «в этот рай», но старик был очень бдительный. Он был дедом моего друга из Сорок Сёмы Фихмана, который гостил у старика во время каникул.
В начале октября 1940-го года над ним состоялся суд в клубе, размещавшемся в доме Шимшона Зисмана. Из любопытства пошли на этот процесс многие молодые люди, в их числе - и я, хотя ещё не всё понимал по-русски. Прокурор с пеной у рта доказывал, что Мойше-Мордхэ срывает план хлебосдачи государству. Рабочий класс великой страны не может жить без хлеба. Он только при этом не говорил, что лучшее зерно из Бессарабии отправляли тогда в фашистскую Германию...
Старик очень логично защищался. Он представил суду план хлебосдачи, полученный из Сорок ещё в июле. Там был представлен график сдачи хлеба, подсолнуха, сои, мяса, молока по месяцам. «Виновный» представил суду все квитанции о сдаче продукции в июле, августе и сентябре. График был им выполнен. Но прокурор отреагировал сразу: «Нам нужен весь хлеб!» Старика осудили на 8 лет тюрьмы с конфискацией всего имущества. Он, наверное, так и не доехал до места заключения. Началась война. Во время Катастрофы погибла и семья его дочери. Только сын Сёма уцелел в рядах Красной Армии.Нафтали - брат Авраама и Мойше-Мордхэ. Был очень интересной личностью, большим знатоком Торы. В зимние дни сидел в синагоге, изучал Мишну. Землевладелец, он работал в поле наравне с наёмными работниками. Жена, Брана, работала в лавке и вела домашнее хозяйство. Воспитывал своих детей в духе любви к Сиону. Сын и две дочери окончили еврейские гимназии. Старшие дети выехали перед войной в Палестину, младшая дочь, Роза, работала в Черновцах.
Я помню Нафтали с того времени, когда мне было пять лет. Он имел тогда небольшую обувную лавку в доме Иошия, брата моего дедушки. В течение дня в лавку заходили 3-4 покупателя. Он сажал меня на колени, вынимал из кармана часы с циферблатом и учил меня считать, упражнял в арифметических действиях. Он очень любил маленьких детей, а его собственные дети к тому времени уже были взрослыми.
По совету брата Авраама семья Нафтали не эвакуировалась. Не сумела уехать на восток из Черновцов и дочь Роза. Старики умерли по дороге в гетто. Розу тоже отправили в Транснистрию. Она выжила. После войны выехала в Эрец-Исраэль. Жила в Холоне.
Именно эта РОЗА когда-то прислала вызов моей маме, по которому мама уехала в Израиль.




Элиэзер - ещё один брат
(А это уже про дедушку моей троюродной сестры Аллы . Элиэзер был родным братом моего дедушки Залмана, то есть маминым дядей. Я помню только, что когда я болела коклюшем, меня мама возила в Домбровены к дяде. Я там целые дни проводила в его винограднике)
. Жил на краю «штетла», по дороге на Парканы. Увлекался садоводством. Сам делал прививки деревьям. Выращивал лучшие сорта яблок, груш, слив и других фруктов. Я хорошо знал его дочь Хайкалэ Аксенфельд (по мужу - Вайнштейн), которая жила по соседству с нами. Её муж Исроэл погиб на фронте в первые дни войны. Она не эвакуировалась. Родители погибли по дороге в гетто. Двое детей-красавцев умерли в Бершадском гетто. Она выжила, возвратилась в Думбравены, но не смогла видеть руины бывшего «штетла». Создала новую семью, жила сначала в Бельцах, потом - во Львове. По вызову своих двоюродных сестёр репатриировалась в Израиль. Жила в Холоне. Сначала умер муж, затем и она ушла в мир иной...

И уже не по теме, но по настроению